новости: :

Амир Докку Абу Усман: Шамиль спросил меня: «Когда ты станешь Амиром, ты объявишь Имарат?»

В редакцию Кавказ-Центра передано послание Амира ИК Докку Абу Усмана, приуроченное к 4-й годовщине провозглашения Имарата Кавказ.

Напомним, что Имарат Кавказ был провозглашен Амиром Докку Абу Усманом 25 Рамадана 1428 года (7 октября 2007 года). Этот день стал важнейшим событием в новейшей истории народов Кавказа.

25 Рамадан 1428 года стал также Днём различения, выявившим искренних мусульман, вышедших возвысить слово Аллаха, и лицемеров, которые многие годы прикрывали свое двуличие словоблудием о ��вободе и независимости.

В своем послании Амир Докку Абу Усман раскрывает некоторые малоизвестные детали подготовки к провозглашению Имарата Кавказ, который был объявлен вовсе не спонтанно, как пытались утверждать противники Шариата, а в результате нескольких лет активных дискуссий.

Решающим же фактором кардинальной смены курса на восстановление исторически обусловленного единого исламского государства мусульман Кавказа, стало то, что на Джихад вышла исламская молодежь, которая жертвует своими жизнями не ради эфемерных лозунгов и целей, а ради установления законов Аллаха и завоевания Рая.

***

Шамиль спросил меня: «Когда ты станешь Амиром, ты объявишь Имарат?

Именем Аллаха, Милостивого и Милосердного!

Хвала Аллаху, господу Миров, Который создал нас мусульманами и облагодетельствовал Джихадом, дав нам возможность завоевать Рай.

Мир и благословение Предводителю всех муджахидов Пророку Мухаммаду, его семье, его сподвижникам и всем тем, кто последовал его путем вплоть до Судного дня. И затем…

За тех, кто становится шахидами в этом Джихаде, за муджахидов, за мусульман, которые испытывают трудности, мы делаем дуа, иншааЛлах. Мы прилагаем и приложим все возможные усилия, и будем вести работу, чтобы облегчить тяжесть, которую они испытывают.

Я восхваляю Аллаха за те события, которые происходят в исламском мире сегодня. Мусульмане просыпаются, люди выходят против диктаторов и тиранов. Много жертв. Если они вышли ради установления Шариата Аллаха, им будет вознаграждение. Павшие в этой борьбе попадут в Рай, иншааЛлах!

Но если, убрав одного грязного раба неверных, поставят у власти другого, какого-нибудь Амра Мусу или Мухаммада аль Барадея, то погибших остается лишь пожалеть, да простит их Аллах. А те, кто вывел этих людей и бросил под пули, не избегнут наказания в Судный День иншааЛлах.

Мы делаем дуа, чтобы смерть погибших была ради Аллаха, чтобы в этих странах был установлен Шариат, чтобы мусульмане осознали истину и следовали ей.

Исламская Умма много раз испытывала трудности в своей истории. И всегда эти трудности наступали тогда, когда мусульмане были разделены. Во времена монголов первым пал хорезмский шах. Ему на помощь не выступил ни халифат Аббасидов, ни Египет.

Монголы уничтожили халифат. Сам халиф был убит. Мусульмане были в страшной панике. Муллы и продажные ученые того времени, как и сегодняшние, вели свою подлую работу. Они утверждали, что монголы — это яъжудж и маъжудж (гоги и магоги). Что воевать против них невозможно и что надо ждать прихода Пророка Исы (мир ему), на мольбу которого ответит Аллах и уничтожит яъжудж маъжудж. После этих слов мулл и продажных ученых многие мусульманские армии просто разбегались и не вступали в сражение с монголами.

Монгольская армия насчитывала 100 000 воинов, а самое большое их количество достигало до 150 000. Однако они убили около 10 миллионов мусульман.

В то тяжелое время египетские мусульмане, которых осталось очень мало, вплоть до того, что если бы они погибли, то религия ислам могла исчезнуть, по воле Аллаха проявили иман, стойкость и мужество. Они сражались с монголами, разгромили их и спасли религию Аллаха.

Этот факт я хотел бы напомнить особо, чтобы наши братья в Египте не забывали свою подлинно героическую историю, которую пытаются исказить враги, и насадить среди мусульман почитание грязных египетских фараонов.

Фитна была в прошлом. Она есть и сегодня. Однако мы все-равно делаем Джихад, иншааЛлах, потому что он возложен на нас Аллахом.

А тот из мусульман, кто не совершал джихад, (да убережет на Аллах от этого), или не имел намерения выйти на джихад, умер с признаками лицемера.

Мы сегодня делаем джихад в меру своих сил и возможностей, если бы у нас было больше сил, мы делали бы его больше. В нашем джихаде нам противостоят неверные и мурта��ы. Когда мы наносим очередной удар по неверным, активнее кафиров против нас выступают мунафики и муртады.

Мы нанесли им удар в Москве. По воле Аллаха кафиры точно установили личность нашего брата, совершившего истишхад (в московском аэропорту Домодедово). Мы узнали об этом еще до того, как отослали видеозапись для публикации. Только после того, как кафиры установили личность нашего брата мы опубликовали запись.

Русские много обсуждали, почему мы не опубликовали запись ранее, стараясь придать этому какое-то важное значение. Мы знаем методы русских кафиров и поэтому старались уберечь родных и близких нашего брата от их произвола. Но враг все равно будут интерпретировать по-своему.

Этот год для нас, альхамдулиЛлах, начался хорошо. Проявив терпение, мы также в этом году преодолели фитну. Так что, делайте за нас дуа. Есть у нас, конечно, трудности, большие трудности. Как бы мы не стараешься предусмотреть все нюансы, не всё получается.

Враг тоже не спит и работает против нас, стараясь ответить на наши действия. Некоторые наши планы нарушаются, но иншааЛлах, то, что в наших силах мы сделаем, а результат у Аллаха.

Теперь хотел бы затронуть вопрос о провозглашении Имарата Кавказ. Много всякого наслушался за это время. Поэтому, думаю, будет полезно осветить некоторые моменты, которые не были особо известны.

Аллах по своей милости дал нам понимание того, что происходит в этом мире. Как мы знаем из хадиса, все мусульмане подобны единому организму. Любовью между собой, поддержкой, братством. И если одна часть тела болит, то и всему телу больно. Этот хадис указывает нам на обязательность нашего единства и поддержки друг друга.

Во всем мире идет джихад, и для нас наступило время, когда нужно было выровнять арканы этого джихада. И если ты их не исправляешь, то уже встает вопрос о твоей акиде. И вот, когда встал этот вопрос, мы провозгласили Имарат.

Мы должны обратить внимание на то, среди кого находятся те мунафики, которые распространяют ложь об Имарате. Напомню хадис, в котором говорится, что в Судный День каждый из нас будете воскрешён с теми, кого он любит в этом мире.

Люля Кадыров говорит: «Я Путина уважаю, я Путина люблю». Значит, в Судный День он будет воскрешен вместе с Путиным, иншааЛлах.

Другой сидит рядом с Березовским. Мы должны помнить, что ни Березовский, и никто другой в Москве не заработал денег, не находясь под крышей КГБ, не мог и не может использовать заработанное без разрешения «конторы». Мы также знаем, что сотрудники КГБ, ФСБ и связанные с ними люди никогда не бывают в отставке. Они могут только поменять сферу своей деятельности по нужде своей организации. Деньги, которые сегодня у Березовского — это фонд того же КГБ, который пополняется за счёт его бизнеса в России.

Закаев, который живет за счёт этого фонда, обучает детей и обеспечивает свою семью, в Судный День тоже будет с теми, кого он любил в этом мире, иншааЛлах.

Поэтому все, что говорили или говорят или будут говорить эти люди об Имарате – ложь. В их словах нет и одного грамма правды.

Я вышел на джихад, чтобы возвысить слово Аллаха, иншааЛлах, исполнить фард, потому что я люблю Аллаха, люблю Его религию, люблю Пророка Мухаммада (алейхи салату вассалам). Так же вместе со мной вышли и мои братья в исламе, иншааЛлах.

Аслан Масхадов, исходя из ситуации в мире, исходя из политических соображений, пытаясь дать отдых и перерыв людям для восстановления сил, играя в их политику, вступал в конфронтацию с теми, кто жестко настаивал на том, чтобы перейти на позицию ислама.

Придерживаясь своей позиции и политики, он надеялся на то, что Запад и вправду будет следовать своим декларациям. Надеялся на какую-то справедливость от них.

Я очень много общался с ним. Аслан в душе понимал цену всех этих западных деятелей. Могу свидетельствовать, что он был истинным братом мусульманином и любил ислам.

Поэтому в 2002 году Аслан выбрал Абдул-Халима своим наибом. И сделал Абдул-Халиму весет (завещание), что, если он погибнет, чтобы своим наибом он выбрал Абу-Усмана (Докку Умарова).

Почему Аслан выбрал меня, почему выстроил эту цепочку? Потому что мои убеждения еще твердо не определились, хотя я знал цену кафирам. Аслан знал мои отношения с Закаевым в связи с чем надеялся, что по этой линии ещё можно будет попытаться наладить какой-то процесс через Запад, чтобы облегчить положение народа. По этой причине я был выбран наибом Абдул-Халима.

На самом деле у людей было непонимание. В 2002 году Арсанов, Гелаев, и Межидов Абдул-Малик отказались принести байат (присягу) Аслану Масхадову.

Мы с ними встретились. Мы потребовали у них изложить мотивировку отказа принести байат, и их первым аргументом было то, что их, мол, назвали эфэсбэшниками, оскорбили и прочее…

Там был Шамиль, были многие другие командиры. Мы спросили — Разве Масхадов сказал вам о��ступить от религии? Нет. Или он сказал не делать джихад? Нет.

Шамиль сказал им, что больше всех из присутствующих не любил Масхадова. Однако он не собирается разбирать свои отношения с Асланом, в то время когда идет джихад, так как это было бы преступлением.

«Когда джихад закончится, если надо будет, я подам в шариатский суд и там разберусь», сказал Шамиль.

Шамиль настаивал на том, чтобы они дали байат Аслану. На этом «переговорный процесс» у нас закончился.

На второй день они выдвинули новые аргументы. Они говорили, что это не джихад, так как война ведется с неправильной акидой.

Главным выступающим был Хамзат Гелаев, который сказал, что мы воюем за республику, за Ичкерию, а не за Шариат, не за исламское государство.

Я в то время особо в такие вещи не вникал, не размышлял над этим. Поэтому я слушал, так как бы амиром юго-западного фронта, членом маджлиса. Мне это было очень важно.

Шамиль и тогда переубедил их. Он говорил, что это джихад, что просто все в один момент поменять сложно, что над этим идет работа. Он сказал, что в 2002 году в Дуба-Юрте Аслану уже было предложено сделать решительный шаг.

Но решение вопроса отложили, опасаясь, что многие могут разбежаться, отойдут, пополнив ряды мунафиков. Поэтому предлагалась провести трансформацию государства на исламские позиции постепенно.

Хотя сегодня очевидно, что такой подход был ошибочный. Если бы решение о провозглашении исламского государства мы приняли в то время, то выявили бы фитну еще тогда, и может быть, мы сегодня уже очистились бы, и не случилось бы того, что случилось.

После долгих разговоров они заявили, что дадут байат Докке. Но причем здесь Докка? Докка всего лишь амир фронта. Байат нужно давать Масхадову. И Шамилю, как военному амиру.

После этого они дали байт Шамилю и мы отправили их.

В то время была намечена операция в Осетии, но она не состоялась. Причины того, почему она не состоялась, ворошить не будем. Оставим все на решение Аллаха. Операция не состоялась. После этого Хамзат сказал, что уходит. Я отправился за ним и нагнал Хамзата у речке Гехи.

Я спросил Хамзата, куда он направляется. Он ответил, что едет в Ирак.

Я спросил:

— Как это ты едешь в Ирак, с чьего разрешения ты направился в Ирак?

Он ответил, что ему не нужно разрешение. Хамзат заявил, что нет исламской основы в нашей войне.

— Вы воюете за Ичкерию, под флагом Ичкерии. А в Ираке истинный джихад, провозглашен Эмират.

В то время я был очень удивлен этим. Я сказал, что в таком случае, по-твоему получается, что мы воюем не ради Аллаха, мы боевики, а ты один муджахид?!

У нас с Хамзатом произошел сильный спор. По сей день живы многие из тех, кто при этом присутствовал из людей Гелаева. Алжирец Абуамр, без ноги.

Мы собрались и сели. С моей стороны был Сейф-Ислам, со стороны Хамзата алимов было много, было много арабов.

В процессе дискуссии Мансур, который погиб, стал на мою сторону, он сказал:

— Абу-Усман прав, все равно здесь джихад, хотя у нас на языке другое. В любом случае, если Масхадов обязался, дал слово, что в один из дней он провозгласит Эмират, мы не имеем права сегодня уйти, исходя из того, что мы проявляем в этом хитрость.

Мансур стал на мою сторону. Хамзат сказал:

– В таком случае я один останусь с вами.

Что случилось после этого, мы хорошо знаем. И это тоже оставим на Аллаха, мы не об этом говорим.

Вот так я вошел в курс дела об Имарате. После чего я начал много размышлять. Я не успел поговорить об этом с Асланом, расспросить его обо всем. Аслан был убит, да воздаст Аллах ему Шахадой.

Потом мы встретились с Шамилем. Я сообщил ему, что Абдул-Халим назначил меня своим наибом. После этого Шамиль сразу же сказал мне, что ему нужно срочно уехать, хотя он приехал только за день до этого. Я его отговаривал, но он настоял на своем.

Через два дня Шамиль неожиданно снова вернулся. Он подошел ко мне, дал салам, попросил у меня прощение и поздравил с назначением.

Я спросил Шамиля, — что происходит?

Шамиль мне ответил, что у него был с Абдул-Халимом договор, что он провозгласит Эмират, а его назначит наибом. И после этого Шамиль организует работу, чтобы все на Кавказе дали байат Абдул-Халиму.

Шамиль обрисовал мне ситуацию. Настроения моджахедов других регионов Кавказа, которые не хотят давать байат даже Абдул-Халиму.

Я сказал Шамилю, что в таком случае я не амир, я слагаю с себя должность наиба, я отныне твой муджахид.

Шамиль сказал: – Нет, то что сделано уже сделано.

Он сообщил мне, что встречался с Абдул-Халимом и уже все с ним разобрал.

Абдул-Халим сказал Шамилю, что исполнил завещание Масхадова, которое он не мог не исполнить.

Абдул-Халим пообещал, что провозгласит Имарат в любом случае и закончит трансформацию государства.

Далее была кабардинская операция (в Нальчике). Шамиль вернулся оттуда. Мы встретились с ним и когда сидели, обсуждали ситуацию, Шамиль сообщил, что с огромным трудом убедил Амира Кабардино-Балкарии Сейфуллах и его муджахидов дать байт Абдул-Халиму.

Так же и с Дагестаном. Амир Макшарип и его муджахиды заявили Шамилю, что так дальше продолжаться не может и что нужны изменения.

Я спросил Шамиля, о каких изменениях идет речь?

Шамиль ответил:

– Имарат. Когда был Масхадов, Абу Умар, Абу Валид, мы все договорились, что провозгласим Имарат, полностью уберем тагут, уберем все светские законы, полностью объявим Шариат. Была такая договоренность. Но этот договор не выполняется, муджахиды переживают за такое положение.

Я сказал, то что ты говоришь я не совсем понимаю, но я знаю одно, я уверен в Абдул-Халиме, и то что нужно по исламу он сделает лучше нас обоих и в этом у меня нет никаких сомнений.

Я даже сказал Шамилю, что если он испортит отношения с Абдул-Халимом, то наши с ним отношения разладятся.

Я очень переживал по этому поводу и направил кассету Абдул-Халиму с вопросом. Он прислал мне ответную кассету.

В тот момент мы были вместе с Шамилем.

Абдул-Халим говорил на кассете, обращаясь ко мне:

— Абу-Усман, они правы и наш брат Абу-Идрис (Шамиль) тоже прав, но сегодня у нас нет сил и нам хотя бы немного нужна передышка. Мы бы тогда запаслись бы оружием и прочим необходимым, народу сделали бы даават, расшевелили бы их. У меня сейчас идет переговорный процесс с Халимовым Исламом и Закаевым, (точно помню, что он назвал эти две фамилии). Пока не будет ясно, что даст этот переговорный процесс, попроси Абу-Идриса подождать. Если это не даст результатов, то мы сделаем изменения, трансформацию государства и провозгласим Имарат.

Мы с Шамилем слушали кассету Абдул-Халима и у меня есть свидетели этому. Когда дошло до темы переговорного процесса, Шамиль вскочил, хотя на нем не было протеза, и сказал

– Ааа, этот тоже приготовился умереть, этого тоже убьют, в этом нет сомнения.

Потом Шамиль повернулся ко мне и спросил:

– Когда ты станешь амиром, ты провозгласишь Имарат?

Я ответил:

– Амиром станешь ты, и я сделаю тебе байат.

Шамиль сказал:

— Об этом и речи быть не может, нам нет разницы, кто из нас будет амиром, ты или я, трудиться мы должны вместе.

Я сказал:

— Нет сомнений, если ты будешь со мной рядом, а это дело правильным, если этот путь угодный Аллаху, то мы его провозгласим.

Шамиль ответил:

— Я пришлю тебе человека, нашего брата, который сейчас находится в Нальчике, он поможет с подготовкой.

После этого через короткое время Абдул-Халима убили. Я стал амиром, после чего почти сразу же погиб и Шамиль (да вознаградит Аллах наших братьев Шахадой).

Мы должны вспомнить положение, в котором мы оказались после всего этого. Какое положение было у нас в Чечне, сколько у нас осталось оружия, сколько людей с нами осталось, какая ситуация у нас сложилась?

Могу точно сказать и клятвенно заверить, что на юго-западном фронте не было и нескольких десятков муджахидов.

И когда мне принесли бумаги и документы, оставшиеся после Шамиля, среди них были все печати Имарата Кавказ, верховного амира Кавказа, военного амира Кавказа. Все они были подготовлены Шамилём.

Бумаги были все расписаны, подготовлены. Мы их отредактировали, пополнили хадисами, и я провозгласил Имарат.

Почему провозгласил? В то время от амира Сайфулл��х была прислана кассета из Нальчика. В ней он мне сообщал

– Брат, мы договаривались с нашим братом Абу-Идрисом (Шамилем), что в этом году, когда он придёт, провозгласим Имарат. Абу-Идрис договаривался с нашим братом Абдул-Халимом, а вы сегодня этот договор не соблюдаете, и вопрос уже стоит о правильности вашей акиды. Если вы не провозглашаете Имарат, я вынужден его провозгласить сам, и призвать братьев воюющих на Кавказе сделать байат мне.

Если бы все так произошло, это был бы конкретный раскол. В любом случае, я знаю, что дагестанцы сделали бы байат Сайфуллах, и ингуши сделали бы байат, а мы остались бы.

Уже было видно, что за нами люди не пойдут, наши ряды не пополняются под флагом Ичкерии, потому что из этой Ичкерии создали кормушку для пропитания и своего существования за рубежом закаевы и прочие. Другие легли под Люлю, выйдя за него замуж.

Кормушку, которую устроили себе те, кто за рубежом мы видим, и тех, кто у кормушки здесь мы тоже видим. В таком положении молодежь, которая вообще не слышала про Ичкерию, становиться под флаг Ичкерии и делать джихад не собиралась. Это я видел.

Ситуация изменилась. Те, кто вышел, чтобы отомстить за убитого отца, брата, уведенную сестру, романтики, вышедшие показать свое мужество, нам не нужны. Нам нужны только вышедшие с чистым намерением ради Аллаха, любящие Его религию и с правильной акидой, вышедшие для исполнения приказа Аллаха, любящие Его Посланника (алейхи салату вассалам), любящие Рай. Только эту молодежь, только этих людей мы могли призвать к Джихаду, Аллаху Акбар!

Поэтому провозгласить Имарат нас заставило само время и новое поколение исламской молодежи.

АльхамдулиЛлах, я не только об этом не жалею, но я горжусь этим решением.

АльхамдулиЛлах, сегодня мы свидетели того сколько бараката Аллаха от этого решения. Мы видим, как расширяется и укрепляется Джихад и религия Аллаха, иншааЛлах, и еще будут последствия, в этом нет сомнения.

Сегодня никто из нас не знает, где и когда прервется его жизнь. АльхамдулиЛлах, я готов к смерти в любую минуту, спокоен и не переживаю по этому поводу. Я готов к смерти в любом месте, даже за рулём «Камаза» со взрывчаткой.

Рядом со мной очень хорошие муджахиды, с хорошим иманом. Они трудятся искренне, от души, я думаю, что мы очищаемся.

Прошло 4 года с того момента, как мы провозгласили Имарат – 25 Рамадана 1428 года. По воле Аллаха, мы провозгласили его именно в Рамадан. Так что для нас это двойное событие.

Я поздравляют всех мусульман с Рамаданом, поздравляю с наступлением праздника Ид аль-Фитр и напоминаю мусульманам, что у муджахидов, отдающих свои жизни ради Аллаха есть право на вашу поддержку. А у вас есть обязанность перед Аллахом помогать муджихадам и за это вы будете спрошены в Судный День, а мы будем свидетельствовать за вас или против вас.

Я напоминаю мусульманам о богобоязненности и ответственности, и важности рассчитать самих себя до того, когда придет День истинного расчета.

И да поможет Аллах всем своим искренним рабам на Его прямом пути.

Аллаху Акбар!!!

Амир Имарата Кавказ

Докку Абу Усман

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Поиск
Kоран

Нашиды

Аяты

Хадисы